Савик Шустер и его роль в украинской истории
рус   |   eng
Найти
Вход   Регистрация
Помощь |  RSS |  Подписка
О Конгрессе Новости Конгресса
Читальный зал
    Еврейские новости Деятельность Аналитика
      Лидеры Мониторинг ксенофобии Контакты

        Читальный зал

        Савик Шустер и его роль в украинской истории

        Фото ZN.ua

        Савик Шустер и его роль в украинской истории

        07.03.2017

        Савик Шустер объявил о прекращении вещания своего телеканала. С одной стороны, сторонники версии тотальной «зрады», а с другой – сторонники «русского мира» уже преподносят этот факт как «вот оно, ярчайшее доказательство: свободы слова в Украине нет и в помине, а все телеканалы подмяла под себя власть». «Ну и где теперь Шустер?» – об этот вопрос разбивались все попытки вашего автора в личных дискуссиях доказать наличие в стране свободы слова.

        Савик Шустер – как образец, эталон и идеальное воплощение свободы слова... Сам он именно так себя всегда и позиционировал, не особо даже скрывая свою удивительную скромность. «Да это же и есть общественное телевидение! Зачем нам создавать общественное телевидение с нуля, если вот оно – уже существует!» – нечто в таком ключе провозглашал Антон Геращенко в эфире «Шустер livе» в мае прошлого года, в первом выпуске, демонстрировавшемся на канале «Київ». Шустер, безусловно, знал – не мог не знать, что частная телекомпания ну никак не может быть общественным телевидением – но неумеренные славословия Геращенко не прервал. А, напротив, выглядел довольным и даже крайне довольным.

        Но, как бы смешно это ни звучало, для Украины все сказанное выше во многом именно так и есть. Потому что некуда деться от факта: именно Савик Шустер является одним из главных авторов политической системы, утвердившейся в Украине. Той системы, которую страна все никак не может преодолеть. Именно Савику Шустеру по праву принадлежат лавры (если они действительно лавры) основателя современной украинской политической журналистики в том виде, в каком она до сих пор существует. Как это прогнозировала еще в 2007 году, то есть десять лет назад, в своей статье «Терминатор. О роли Савика Шустера в истории украинского телевидения» Наталья Лигачева.

        Но о политической журналистике ниже. А пока – о политической ситуации, которая сложилась и вправду пакостная. Весь прошлый год Шустер провел в ореоле мученика-диссидента – то ему запретили работать в Украине, то в якобы неуплате налогов подозревали. Потом, правда, запрет работать приостановили, но сделано это было так же неуклюже, как и сам запрет. Потому что «приостановить» – это в данном случае не юридическое понятие; когда в стране слишком уж много мораториев, приостановок и прочего юридического «чтоб да, так нет», это говорит только об одном – с правом в этой стране проблемы, а юридические вопросы решаются в индивидуальном порядке. И вправду ведь: будь это не Шустер, а кто угодно другой – приостановили бы запрет задолго до выяснения обстоятельств? И что вообще в данном случае значила приостановка запрета? Если Шустер нарушал закон – значит, ему позволили нарушать и дальше. Если Шустер не нарушал закон, а запрет был надуманным и неправовым – значит, его не оправдали, перед ним не извинились и не восстановили его во всех правах. Приостановка запрета – дело такое: точно так же в любой момент может случиться приостановка приостановки.

        Все это накаляло страсти, и Шустер все больше подавал себя как «жертву режима». В это можно было – и даже хотелось бы – поверить, если бы не одно «но»: деталей ведь мы не знаем. Никаких, ни малейших! Рассказывая о своих бедах и злоключениях, Савик Шустер так и не раскрыл многих обстоятельств. Ведя борьбу против «преследований режима», он ни разу толком так и не сказал, в чем же заключались неподъемные требования «режима» к нему. Не странно ли? Да, со слов Шустера мы знаем, что началось все якобы с того, как он минувшей весной побывал в Администрации Президента. Не знаем мы пустяка: по чьей инициативе этот визит состоялся. Шустер был вызван в администрацию? (А кстати: Администрация Президента – не полиция и не суд, и ходить туда по вызову никто, в общем-то, не обязан.) Или он сам нанес визит, ожидая решить какие-то свои вопросы – и не решил их так, как того ожидал?

        Теперь вот «умученный от режима» Шустер прекратил свою деятельность, сославшись на нехватку средств и сопроводив эту ссылку дифирамбами себе – мол, они обогнали время. Но немало людей будут думать, и Шустер не мог этого не предвидеть (вот в чем она – пакостность ситуации): нехватка средств как объявленная причина закрытия – это лишь вынужденная отговорка, а на самом-то деле!..

        Еще раз: нет никаких оснований отрицать, что власть могла в лице Шустера «расправиться с неугодным». Пусть даже сложно понять, чем Шустер так уж выделялся на фоне все прочих тележурналистов, в Украине сущих. Чем-чем, но единственным островком свободы слова его программы уж точно не была. Но в той же степени нет никаких оснований отрицать вероятность того, что все заявления о притеснениях – не более чем пиар, например, с целью собрать недостающие средства. Нет никаких оснований быть уверенными, что обвинение в неуплате налогов не было лишь предлогом для преследований. Но абсолютно равным образом нет никаких оснований быть уверенными, что Шустер аккуратно и скрупулезно платил налоги. Нет информации, позволявшей бы склониться к тому или иному мнению. Эмоций много, высказанных с обеих сторон обвинений еще больше, а информации – увы. Что, опять же, несколько странно как для человека, ведущего борьбу за свободу распространения информации.

        Уход Савика Шустера из украинского эфира оставил привкус скандала. Привкус повисших в воздухе обвинений, которые нельзя ни доказать, ни опровергнуть. Но... Это ведь и был, если так можно сказать, творческий метод Шустера, всегда был! Ток-шоу как скандал, ток-шоу как кипение искусственно нагнетаемых страстей, ток-шоу как «здесь и сейчас – и плевать, что из этого выйдет потом».

        Для шоу Шустеру нужны были скандалы. Нужно было раздувать эти скандалы, а не гасить и разрешать их. Если то, что происходило в студии Шустера, называть дискуссиями, то «Чем закончилась дискуссия, к какому выводу пришли?» – более идиотского вопроса в данном контексте не существовало. Дискуссии у Шустера не подразумевали необходимость и возможность конечных выводов. Как приходили в студию все при своем, так из нее и уходили. Да, люди видели политиков, видели, что они из себя представляют – но вот с точки зрения выяснения истины кпд шоу Шустера был нулевым.

        Шустер заключал с политиками взаимовыгодную сделку: он предоставляет им трибуну, аудиторию и немалый хронометраж, а они ему – скандалы. Шустер получает рейтинги, а приглашенные политики – полную свободу обвинять кого угодно в чем угодно, и чем скандальнее, чем бездоказательнее, тем лучше. Если то же самое сформулировать чуть более грубо, в обмен на рейтинги Шустера политики получали полную свободу врать. И, разумеется, случилось так – а иначе в данных условиях и не могло случиться, – что шоу Шустера стало основным местом, где политики представали пред глазами и ушами общества.

        Если бы не шоу Савика Шустера, очень и очень многие сегодняшние политики никогда не стали бы тем, кем они стали. Именно шоу Савика Шустера (а оно ведь долгое время считалось эталоном коммуникации политиков с обществом!) подменило в украинской политике конкуренцию идей и концепций конкуренцией пустопорожних обещаний, популизма и зубодробительных взаимных обвинений. Вся прелесть шоу Шустера состояла в том, что ни обещания, ни обвинения не нужно было ни малейшим образом обосновывать. В Украине стала править бал такая себе политика-лайт, политика как шоу. Популизм перестал быть адресованным только и исключительно обычной своей целевой аудитории – условным «реднекам», а стал методом воздействия на все общество и превратился в основной двигатель украинской политики.

        В студии Шустера была воплощена сомнительная, если вдуматься, идея – клеймили и обличали друг друга только и исключительно заинтересованные стороны, то есть сами политики. Одергивать и останавливать их было некому. Независимый и объективный арбитраж в лице журналистов и экспертов был сведен к постоянным двум-трем участникам, де-факто практически к нулю, модератор от выполнения арбитражных функций также самоустранялся. Вот представьте себе суд, но без судьи и без присяжных. Представьте себе боксерский поединок, но без арбитров, или футбольный матч, но без рефери и полевых судей. Вот это и были шоу Шустера. Функции арбитража были возложены на зрителей, голосовавших «за» и «против», но это априори был неквалифицированный арбитраж, к тому же по неопределенным критериям: кто-то оценивал выступления политиков по существу, кто-то – «за артистизм», еще кто-то был всегда «за» своих кумиров и «против» их оппонентов.

        Это была априори подмена понятия арбитража. У аудитории вырабатывалась стойкая невосприимчивость к рациональным аргументам и столь же стойкая твердолобость. Аудитории внушалась иллюзия своей значимости, которой на самом деле не было и в помине. Аудиторию (общество, граждан!) приучали не замечать, что ее голоса на самом деле ничего не стоят и на поведение политиков ни в малейшей степени не влияют.

        Студия Савика Шустера – это была наглядная модель отношений государства и общества, при которой демократические процедуры и учет общественного мнения – это лишь имитация. И долгие годы эта модель служила образцом.

        Что же касается СМИ, то на долгие годы в украинских медиа утвердилась концепция Шустера: действия политиков оценивают, комментируют и анализируют сами же политики, а журналисты и даже эксперты – где-то сбоку, в роли массовки без слов. Политикам «всего лишь» было отдано производство сугубо журналистского продукта, причем полный цикл этого производства, а журналистам оставалось только популяризировать его и распространять. Эта концепция стала в итоге одной из основных причин, погубивших Оранжевую революцию (интересно, не такой ли была и цель Виктора Пинчука, пригласившего в 2005-м Шустера в Украину?). Одной из основных причин, превративших и президентские выборы 2010 года в битву теней, когда и Виктору Януковичу, и Юлии Тимошенко довольно легко удалось внушить обществу свои образы, не имеющие ничего общего с реальными Януковичем и Тимошенко.

        Ток-шоу Шустера – это высококачественный телевизионный таблоид. И все было бы совершенно в порядке, если бы именно эту нишу – высококачественного таблоида – оно и занимало. Как, например, газета «Бульвар Гордона». Но беда в том, что Шустер претендовал на большее, намного большее. И получил это большее. И в обществе в целом так и не сложилось понимания, что шоу Шустера – это именно таблоид. Всего лишь таблоид.

        Конечно же, виноват в этом не столько сам Шустер, сколько политики – именно они помогли таблоиду превратиться в образец и идеал «высокой» журналистики, в такую себе телевизионную статую свободы. Именно благодаря их стараниям в иерархии источников знания о политике шоу Шустера заняло не свое место. Шустер предложил политикам именно то, в чем они позарез нуждались и выгоду чего мгновенно оценили. Но, как бы то ни было, Савик Шустер идеально сыграл роль того заграничного кучера, который стал учителем (см. Фонвизина) – в данном случае даже Учителем с большой буквы.

        С другой стороны, возможно, это было в какой-то степени неотвратимо: вспоминается, как в годы горбачевской Перестройки и сразу после нее именно западные таблоиды многим представлялись идеалом «настоящей» газеты. Как стремительно пожелтевшая «Комсомольская правда» слыла едва ли не пионером и первопроходцем имплементации на постсоветской почве западных журналистских стандартов. Таблоидный блеск ослеплял, а разбираться в жанрах и типах изданий привычные к унылому советскому газетному единообразию экс-советские граждане еще не умели. То же самое, похоже, случилось и на телевидении, только с запозданием на более чем десять лет и уже через Россию, которую кучмовская пропаганда представляла как страну, более успешно, чем Украина, перенимавшую западные стандарты. Как страну, с которой нужно брать пример и которую нужно копировать. (Напомню: звезда Савика Шустера взошла на украинском телевидении не только после, но и вследствие того, что какое-то время посияла на телевидении российском.)

        А в результате? В результате остается только констатировать: если бы не ток-шоу Савика Шустера, а затем и его клоны на других каналах, вполне возможно, сегодня во главе государства мы видели бы совсем другие лица совсем других политиков. И уж точно, вне всякого сомнения, совершенно другие парадигмы поведения политиков. Да и общество не приучилось бы к «политике по телевизору» – в том смысле, что в гораздо меньшей степени оценивало бы политиков по их выступлениям в ток-шоу.

        Борис Бахтєєв

         

         

        detector.media

        Наверх

         
        Спектакль «Холокост Кабаре» впервые представлен в России
        26.04.2017, Холокост
        В Днепре открылся суперфинал олимпиады по предметам еврейского наследия «Даркейну»
        26.04.2017, Образование
        Барбра Стрейзанд отмечает юбилей
        26.04.2017, Культура
        Организаторы спектакля «Холокост Кабаре» в Киеве принесли извинения и опровергли провокацию
        26.04.2017, Холокост
        Ле Пен намерена запретить кошерный забой скота
        26.04.2017, Евреи и общество
        Скончалась военный писатель Елена Ржевская
        26.04.2017, Культура
        В столице Румынии осквернено еврейское кладбище
        26.04.2017, Антисемитизм
        Антисемитизм в Германии усиливается благодаря соцсетям
        26.04.2017, Антисемитизм
        Взрывы около синагоги города Мец на северо-востоке Франции
        26.04.2017, Антисемитизм
        Израильский стартап подписал контракт с Пентагоном на разработку новых анализов крови
        25.04.2017, Наука
        Все новости rss