Адам Михник: «Не имеешь права прощать от имени тех, кого предали на рассвете»
рус   |   eng
Найти
Вход   Регистрация
Помощь |  RSS |  Подписка
О Конгрессе Новости Конгресса
Читальный зал
    Еврейские новости Деятельность Аналитика
      Лидеры Мониторинг ксенофобии Контакты

        Читальный зал

        Адам Михник: «Не имеешь права прощать от имени тех, кого предали на рассвете»

        Адам Михник: «Не имеешь права прощать от имени тех, кого предали на рассвете»

        20.03.2017

        Когда его спрашивают, какой политической ориентации он придерживается, Михник отвечает: гавеловской. Как и Гавел, Михник не причисляет себя ни к правым, ни к левым. Так же не восприимчив ни к каким бациллам тоталитаризма. Ровно как и к тем настроениям в обществе, которые подталкивают власть к правому авторитаризму. Смеется: «Я, как и Гавел, в этом смысле произошел от «другой обезьяны».

        «Его» обезьяна ни с какой диктатурой не совместима. Даже с той, что есть грех (или ужас) праведности.

        Вот дико трудная (впрочем, не трудных у Михника не бывает) тема: поляки и евреи.

        «В период гитлеровской оккупации евреи были отгорожены стеной. Возникло два разных мира, две разные реальности, две разные памяти. Поляки запомнили прежде всего собственные переживания: облавы и экзекуции, страдания и конспирацию. Евреи запомнили Холокост. И те и другие запомнили правду. Свою собственную правду. Но и те и другие запомнили и взаимную неприязнь. Поляки с удивлением смотрели на еврейскую пассивность, не понимая, что активное сопротивление было бы равнозначно самоубийству. Евреи с удивлением и ужасом смотрели на польское безразличие, не понимая, что акт помощи был проявлением героизма. <…>

        Но кроме героев каждый народ порождает еще и собственных изменников и негодяев. Сила национальной культуры заключается в том, чтобы иметь мужество признать и свое гадкое лицо».

        Адам Михник – поляк с еврейскими корнями. Почти всю его семью поглотил Холокост. Но в споре поляков с евреями Михник не просто становится то на одну, то на другую сторону, он и евреям, и полякам говорит – прямо глядя в глаза – очень жесткие вещи. Те, которые почти никто не может себе позволить из-за страха прослыть антисемитом или плохим поляком. Но мне кажется, будь Адам только поляк по крови или только еврей, он был бы так же честен и бесстрашен, свободен и искренен. Это какая-то неполитическая политика, но именно потому, что совершенно неполитическая, она и есть самая настоящая.

        Первая фраза эссе «Шок Едвабне»: «Убивали ли поляки евреев вместе с немцами?» Ничего себе вопросик, да? Это о книге Яна Томаша Гросса «Соседи», вскрывшей правду об убийстве в Едвабне 1600 евреев, совершенном польскими руками. Правду, которую поляки не знали целых 60 лет.

        На вопрос: «Убивали ли поляки евреев вместе немцами?» – Михник отвечает сразу: «Трудно найти больший абсурд и более фальшивый стереотип. Не существовало польской семьи, которая бы не пострадала от гитлеровского нацизма и советского коммунизма. Эти две тоталитарные диктатуры поглотили 3 миллиона поляков и 3 миллиона польских граждан, отнесенных гитлеровцами к евреям». И все же, все же, все же… Едвабне была. И были 1600 евреев, убитых польскими руками.

        Михниковские тексты – всегда! – исследование. Он никого и никогда не старается перекричать и между криком и размышлением (опять и опять) выбирает размышление.

        «В годы гитлеровской оккупации польские правые националисты и антисемиты, в отличие от большинства стран Европы, не пошли по пути сотрудничества с нацистами, а принимали активное участие в антигитлеровском подполье. Польские антисемиты боролись с Гитлером, а некоторые из них даже принимали участие в акциях по спасению евреев, хотя им за это грозила смерть. Вот он, специфически польский парадокс: на польской оккупированной земле можно было быть одновременно антисемитом, героем антигитлеровского движения Сопротивления и участником акций по спасению евреев».

        Это не то что переверстать судьбу или зайти с другой карты. Никаких наборов слов о демократии. Просто очень ясные и очень внятные суждения очень умного человека.

        «В дальнейшей жизни поляков, помеченной сознанием бессильного свидетеля преступления, постоянно присутствовала особая рана, дающая о себе знать всегда, когда возникают споры на тему антисемитизма, польско-еврейских взаимоотношений, Холокоста. Ведь где-то на уровне подсознания люди в Польше помнят, что это они вселились в квартиры, которые покинули согнанные в гетто евреи, истребленные потом немцами».

        Михник пишет этот текст с особой осторожностью, тщательно подбирая, взвешивая слова. Осторожно, но страстно. Страстно, но осторожно. А может, здесь не разделительный союз «но», а соединительный «и»? Страстность и осторожность – вот что такое перо Адама Михника.

        Реакция в Польше на книгу Гросса была сверхэмоциональной. Обычный польский читатель не мог поверить, что что-то подобное могло произойти. Михник признается, что и он был не состоянии в это поверить, и считал, что его друг Ян Томаш Гросс стал жертвой мистификации.

        Дискуссии на тему Едвабне продолжались в Польше долго. Им были присущи серьезность, вдумчивость, печаль и ужас.

        Михник не верит в коллективную вину и коллективную ответственность. Кроме ответственности моральной. И совести персональной.

        «Я не чувствую себя виновным по отношению к этим убитым, но я чувствую себя ответственным. Не за то, что они были убиты, – этого я не мог предотвратить. Я чувствую себя ответственным за то, что после смерти они были убиты во второй раз, не были похоронены по-человечески, не были оплаканы, не была вскрыта правда об этом гнусном преступлении, но при этом было позволено в течение десятилетий распространять ложь. А это уже моя вина. Недостаток сообразительности, нехватка времени, приспособленчество и духовная лень не позволили мне поставить перед собой определенные вопросы, и я не искал на них ответа.  Почему? Ведь я принадлежал к тем, кто принимал активное участие в раскрытии правды о катынском преступлении. Я принимал активное участие в раскрытии правды о сталинских процессах. О жертвах коммунистического аппарата репрессий. Так почему же я не искал правды о евреях, убитых в Едвабне? Может быть, я подсознательно боялся этой жестокой правды об участи евреев того времени?»

        А вот что антикоммунист с огромным подпольным стажем Михник пишет о двух факторах, которые реально спасли Польшу от советского вторжения 1981–1982 годов. Первый фактор: рассудительная позиция руководителей «Солидарности» и католической Церкви. Второй фактор: политика группы Ярузельского, которая не стремилась к кровавой расплате и не провоцировала кровавой реакции реванша. Во-о как! Поставить в один ряд «Солидарность» с Ярузельским! И кто это делает? Тот, кого Ярузельский не раз сажал!!!

        Сложно относиться к сложному.

        Это мне очень напоминает моего любимого философа Мераба Мамардашвили, который говорил: «Культура – это умение практиковать сложность». Здесь каждое слово ударное. Умение – не декларация, а владение приемом, искусство. Практиковать – опять же не провозглашать, а включать в реальную ткань повседневности. И именно – сложность, а не упрощенность. Мне кажется, это тоже как-то очень по-михниковски.

        Михник еще в тюрьме обещал себе две вещи: во-первых, никогда не вступать ни в какую ветеранскую организацию, где будут давать ордена за борьбу с коммунизмом, а во-вторых, никогда никому не мстить.

        Но, мотая сроки по коммунистическим тюрьмам, Адам Михник все время повторял про себя строфу из стихотворения Зигмунта Герберта: «И не прощай, ты не имеешь права прощать от имени тех, кого предали на рассвете».

        …И напоследок: Михник пишет о том, как нужны сегодня демократии в Польше смелость, полет фантазии и милосердие. Блин! А почему нам – только стабильность? У нас что – смелости, полета фантазии и милосердия уже навалом?

        Зоя Ерошок, обозреватель

        novayagazeta.ru

        Наверх

         
        Вандалы осквернили памятник жертвам Холокоста возле Тернополя
        24.03.2017, Холокост
        Ангела Меркель стала лауреатом премии Эли Визеля
        24.03.2017, Холокост
        Новый генсек ООН признал связь евреев с Иерусалимом
        24.03.2017, Международные организации
        Умер спортивный обозреватель Меир Айнштейн
        24.03.2017, Израиль
        «Сэфер проведет летнюю стационарную школу по иудаике в Польше
        24.03.2017
        МИД России порекомендовал туристам не называть евреев «жидами»
        24.03.2017
        Нетаниягу осудил теракт в Лондоне
        24.03.2017, Мир и Израиль
        В Киеве торжественно открыли Израильский культурный центр
        24.03.2017, Культура
        Задержан израильтянин, подозреваемый в ложных предупреждениях об атаках на еврейские объекты в США
        24.03.2017, Израиль
        Британская полиция провела обыски и аресты в Бирмингеме
        23.03.2017
        Все новости rss