Репатрианты, или плюсы и минусы космополитизма
рус   |   eng
Найти
Вход   Регистрация
Помощь |  RSS |  Подписка
О Конгрессе Новости Конгресса Читальный зал
    Еврейские новости
    Деятельность
    Аналитика
      Лидеры Мониторинг ксенофобии Контакты
        Программа «Толерантность — уроки Холокоста» | «Истоки толерантности» | Программа «Мемориализация мест массовых захоронений» | Программа «Развитие» | Программа «Солидарность с Израилем» | Программа «Духовное возрождение» | Программа «Диалог цивилизаций» | Программа «Мониторинг антисемитизма и ксенофобии» | Программа «Открытие Израиля»

        Репатрианты, или плюсы и минусы космополитизма

        Сейчас в Израиле проживает около миллиона выходцев из Советского Союза. Наша соотечественница Наталья Борисовна Дивинская уехала из Петропавловска на постоянное жительство в Израиль в 1992 году.

        – Честно говоря, до этого у меня и в мыслях не было, что я когда-нибудь покину Казахстан, – рассказывает она. – Никаких ущемлений своих прав я не чувствовала, ну, разве что не приняли когда-то в московскую аспирантуру. Когда в 1990 году была в Канаде, то родственники отца (они уехали туда в 1925 году из Украины) предлагали остаться, но я даже и слушать их не стала. Как же?! У меня же студенты в Казахстане, куда я от них?

        Наталья оканчивала оркестровое отделение Всероссийского института культуры в Москве. Работала в Чимкенте, Караганде, но как специалист состоялась в Петропавловске. Была там заведующей кафедрой на музыкальном факультете пединститута им. Ушинского, за совокупность научных работ без защиты кандидатской получила звание доцента.

        – Вместе со своими студентами по результатам собранных в фольклорных экспедициях материалов я выпустили 16 книг, – с гордостью говорит она.

        В Израиль Наталья приехала с 14-летней дочкой и престарелой матерью. На внезапный переезд Наталья решилась почти сразу после приезда из Канады.

        – По пути домой мы заехали в Москву. И моя в ту пору 12-летняя дочь потребовала, чтобы я показала ей ту самую «нехорошую квартиру», что описана в романе «Мастер и Маргарита», – она тогда увлекалась Булгаковым. Квартиру мы с ней нашли, а потом я ей предложила показать центр города. Когда пришли на Арбат, у дочери глаза стали расширяться от ужаса – общество «Память» развесило там антисемитские лозунги. Первая мысль: куда же я привезла своего ребенка, и что ее ждет в этой стране? И в этот же день пошла в голландское посольство (тогда Израиль представляла эта страна) и подала документы на выезд. Вполне возможно, что не будь того случайного эпизода, мы никуда бы и не уехали. А тут сразу вспомнился отец. После войны он не смог жить в Украине, откуда был родом. Пусть это нашей семьи не коснулось, но ему здесь все напоминало о жесточайших страданиях и несчастьях, которым подвергся его народ.

        В стране в те годы – в начале 90-х – очень страшный момент был: неизвестно, что будет с институтом – выживет-не выживет, продукты с прилавков магазинов почти исчезли. После благополучной Канады эта неопределенность особенно бросалась в глаза.

        В начале 90-х, по словам Натальи, по 10 тыс. человек сходили каждый день с трапов самолетов в стране величиной всего с одну из областей Казахстана. Министерство абсорбции, которое принимало репатриантов, было просто в отчаянии.

        – Оно не знало, куда девать людей, – вспоминает она. – В гостиницах в одном номере селили по три семьи. Это был ужас! Представьте себе человека, приехавшего в чужую страну без денег, без языка и с профессией, с которой здесь делать нечего. Положение усугублялось тем, что мы прилетели в четверг, а в пятницу и в субботу в Израиле ничего не работает. У мамы поднялось давление, у дочки – температура, я – в растерянности… Кое-как дождались воскресенья. Я пошла в министерство с вопросом: что мне делать дальше? Нас переместили в другую гостиницу, потом в третью… Остановились надолго (на несколько лет) вместе с другими репатриантами в гостинице «Дипломат». А потом устроились кто как смог – одни получили государственную квартиру, другие уехали из Иерусалима в города поменьше. Я купила квартиру, то есть это только называется «купила» – 15 лет подряд выплачиваю ссуду. Мне уже 66 лет, но до заслуженного отдыха еще далеко – квартира только через 12 лет будет моей. У дочери (она дизайнер) уже своя семья, она растит 15-летнюю дочь.

        В 1992 году Наталья была одной из тех, кто инициировал создание общины, объединяющей выходцев из Казахстана. Она вначале называлась обществом дружбы, в общину превратилось тогда, когда репатрианты поняли: имея содружество, легче отстаивать свои права.

        – Нашу общину я организовала как общество дружбы «Израиль – Казахстан», – продолжает Наталья. – Сейчас у нас 32 отделения по стране. Позже мы поменяли название – стали международной организацией выходцев из Казахстана и Центральной Азии. Тому была причина: кроме казахстанцев к нам начали приходить бывшие жители Киргизии, Узбекистана и даже Африки. До приезда в Израиль мы и не представляли, что среди евреев окажутся выходцы из Ирана, Ирака, Эфиопии, Марокко. Турции, Индии… Поэтому говорить об одной ментальности, одних и тех же представлениях о жизни не приходилось. А ведь не секрет: когда человек кардинально меняет обстановку, то ему проще начать новую жизнь, если он имеет возможность общаться с людьми, имеющими те же самые культурные коды и привычки.

        Кому-то это может показаться прихотью, капризом, но тем не менее репатрианты объединялись в числе прочего и по общим вкусовым привычкам и пристрастиям, а по большому счету общины потому и стали создаваться, что люди не готовы были расстаться с привычным укладом жизни. Многие из тех, кто эмигрировал в начале 90-х и даже в конце 70-х, до сих пор по праздникам носят национальную одежду, бережно хранят привезенные из дому инструменты – карнай, сырнай, домбру, аккордеон, кобыз...

        Если говорить о том, как вписывались репатрианты в общественную жизнь Израиля, то особенно тяжело приходилось людям так называемых интеллигентных профессий. Девяносто процентов приехавших в Израиль из бывшего Советского Союза в 90-е годы имели высшее образование. Устроить такое количество русскоговорящих музыкантов, врачей, артистов маленькая страна была не в состоянии, к тому же многие специальности (к ним, например, относились представители советского топ-менеджмента вроде начальника главка) оказались здесь просто невостребованными.

        Есть и еще ряд причин, почему эмигранты всегда оказываются в более сложных условиях. Во-первых, люди среднего возраста плохо осваивают язык, чтобы претендовать на какой-то значимый в обществе статус. Во-вторых, не все из них получают пенсию, которую заработали в той стране, откуда приехали. Тем, кто не успел встать на ноги, государство платит прожиточный минимум.

        – Легко провести аналогию с таким элементом советской жизни, как прописка по лимиту, – говорит друг Натальи, экс-москвич Миша. – То есть за койко-место в общежитии московский горсовет нанимал провинциалов на те работы, на которые москвичи не претендовали. Мы в Иерусалиме тоже на положении лимитчиков. Тех, кто сразу нашел себя в этой стране, – единицы. Масса людей – бывших инженеров, учителей, врачей – начинали здесь с уборки улиц и квартир, санитарами в больницах, домах для престарелых…

        Как это ни парадоксально, из невостребованных, на первый взгляд, специалистов неплохо устроились те, кто преподавал в Союзе историю партии или ходил в партийных или комсомольских боссах. Часть из них устроилась в Музей катастрофы европейского еврейства, но большинство партийных деятелей перековалось в религиозных лидеров…

        – Это не шутка, да и, по сути, здесь ничего особенного нет, – считает Миша. – Дело в том, что в такой идеологизированной стране, как Советский Союз, специалистам «небытового» профиля легче всего было проявить себя по партийной линии. Когда идеология рухнула, эти люди, обладая динамичным аналитическим складом ума, ушли в коммерческие структуры или в банки. Те же, кто попал сюда, быстро поняли, что единственная идеология, на которой можно обеспечить себе комфортный быт, – иудаизм.

        – Когда я впервые открыла свой внутренний израильский паспорт, первое, что сказала: это вообще когда-нибудь можно будет прочитать? – говорит Наталья, вспоминая первые годы жизни здесь. – Людям было невероятно тяжело, поэтому часть вернулась назад, а часть смирилась со многими потерями. Эмиграция есть эмиграция.

        Очень нелегко пришлось подросткам: прибыв в страну в самом проблемном возрасте – 14–15 лет, они вынуждены были пойти в школу, где был для них чужим не только язык обучения. Доходило до смешного. Здесь у школьников форма одежды свободная, подчеркнуто небрежная. Дети, прибывшие из Союза, очень выделялись. Социальные работники советовали нам: не одевайте детей красиво. Пышные банты в косах, отглаженные белые кофточки, короткие плиссированные юбки здесь неприемлемы, замените их на рваные шорты, иначе ваши дети будут вызывать отторжение у большинства. Моей дочери повезло: она попала в школу, где был создан специальный класс для девочек из Советского Союза. А вот моему будущему зятю, который тоже подростком приехал из Кишинева, пришлось нелегко.

        Но не зря евреев обвиняют в космополитизме. Когда мы в 1992-м приехали в Израиль, мне некогда было думать о душе, надо было выживать. Я открыла музыкальные школы в далеко не безопасных районах страны, куда попасть можно только через арабские поселения… Чтобы работать с ребятишками, которые другого языка, кроме иврита, не знают, пошла в вечернюю школу.

        Однако мы отвлеклись от рассказа об общинах. Каждая из них кроме решения своих социальных вопросов была очень заинтересована в популяризации тех стран, которые они представляли. Когда в 1997 году в Израиле появилось казахстанское посольство во главе с Бырганым Айтимовой, радости репатриантов из Казахстана (да и посла тоже) не было предела: объе­динив усилия, они стали вместе пропагандировать независимый Казахстан. Эта работа была продолжена с заменившим Айтимову Кайратом Абдрахмановым, затем с Вадимом Зверьковым и сейчас с заканчивающим свою коденцию (срок пребывания) в Израиле Галымом Оразбаковым.

        Евреи из Казахстана и Центральной Азии вышли на отдел фольклора, существующий при Министерстве культуры Израиля, с двумя проектами – «Шелковый путь» и «Наурыз».

        – Нам выделили средства на оба проекта, жаль, что Казахстан пока не принимает участие в их развитии, – сокрушается Наталья. – Израильтяне были в восторге, когда на площади в Тель-Авиве в дни проведения фестиваля «Шелковый путь» появилась юрта – они ее никогда не видели до этого. Было бы здорово, если б на эти праздники приезжали профессиональные артисты из Казахстана.

        Тоскуют ли репатрианты по бывшей родине?

        – Для таких, как я, нет слова «родина», – говорит Наталья. – Израиль так и не стал мне до конца родным, а в Казахстане я не была 20 лет. Некогда было ностальгировать, мне даже сны не снятся – было слишком много дел. О чем я больше всего жалею? О том, что мы общаемся на бывшей родине практически только с еврейской общиной, а интересно было бы не только с ними. Мы заинтересованы в партнерах из Казахстана. Какую бы цель они ни ставили перед собой – наладить экономические, культурные или любые другие контакты с Израилем, мы будем рады помочь всем нашим соотечественникам.

        Галия ШИМЫРБАЕВА,
        Алматы – Иерусалим – Алматы

         
        Шелдон Адельсон пожертвует $20 млн на расширение университета в Ариэле
        23.06.2017, Образование
        В Вильнюсе приводятся в порядок исторические здания, принадлежащие еврейской общины
        23.06.2017, Общинная жизнь
        Ривлин предостерег от угроз, которые несут социальные сети
        23.06.2017, Израиль
        Состоялась церемония закладки первого камня парка имени Йони Нетаниягу
        23.06.2017, Израиль
        МНС Беларуси разъяснило ситуацию с взиманием налогов с жертв Холокоста
        23.06.2017, Евреи и общество
        В Дрогобыче увековечат память немецкого Праведника народов мира
        23.06.2017, Холокост
        «Хизбалла» устанавливает наблюдательные вышки на границе с Израилем
        23.06.2017, Мир и Израиль
        Письма Эйнштейна продали с аукциона за $210 000
        23.06.2017, Наука
        Две новые авиакомпании будут летать из Одессы в Тель-Авив
        23.06.2017, Мир и Израиль
        Венгрия проигрывает дело о реституции коллекции барона Херцога
        23.06.2017, Холокост
        Все новости rss